Заголовок карточки
Послание Ивана IV Васильевича Грозного в Кирилло-Белозерский монастырь. 1573
Аннотация : Послание Ивана Грозного написано в ответ на грамоту игумена Козьмы и братии Кирилло-Белозерского монастыря в связи с конфликтом между двумя влиятельными монахами: Ионой, в миру Иваном Васильевичем Шереметевым, и Варлаамом, в миру Василием Степановичем Собакиным.

В своей грамоте Иван Васильевич ставит важный для своего времени вопрос об обмирщении и праздности монастырей. От лиц, поступающих в монастырь и принимающих монашество, требовались вклады. Из-за этого в монастырь могли уйти только богатые люди, которые, сделав большие пожертвования на обитель, пользовались в ней значительными льготами. Они не подчинялись монастырскому уставу и жили в свое удовольствие, подобно мирским людям. «Некоторые, — как свидетельствовал царь Иван на Стоглавом соборе, — постригались только покоя ради телесного, чтобы всегда бражничать и ездить по селам для прохлады. <…> И такое [творится] бесчиние и небрежение и всякое нерадение о церкви Божией и о монастырском строении и о братстве» (Глава 5, вопрос 8. См.: Стоглав // Российское законодательство Х—ХХ веков. В 9 томах. Т. 2. Законодательство периода образования и укрепления Русского централизованного государства. — М., 1985. С. 269—270.).

Другая проблема, выдвинутая царем в послании, касалась жизни монастырской братии, которая отнюдь не заботилась о благочестии и аскезе, а предавалась веселию и пьянству.

Документ публикуется в переводе и в извлечении.

Автор
  • Иван IV Васильевич Грозный - русский царь
  • Козьма – игумен Кирилло-Белозерского монастыря
  • Хабаров, Иван Иванович – боярин, воевода, дворецкий
  • Шереметев, Иван Васильевич (Иван Васильевич Большой) - боярин, воевода
Периоды
  • XVI в. (третья четверть)
Географический рубрикатор
  • Россия
Наименование
  • Послание Ивана IV Васильевича Грозного в Кирилло-Белозерский монастырь. 1573
Тип ресурса
документы
Исторический период
  • Средневековье
Тип исторического источника
  • Письменный источник
Тема
  • внутренняя политика
  • религия
  • общество
Образовательный уровень
  • основная школа
  • углубленное изучение
Библиография:

Веселовский С.Б. Монастырское землевладение в Московской Руси во второй половине XVI века // Исторические записки. 1941. Т. 10; Веселовский С.Б. Феодальное землевладение Северо-Восточной Руси в XV—XVI вв. Т. I. Ч. 1—2. — М., 1947; Зимин А.А. Реформы Ивана Грозного. — М., 1960; Зимин А.А., Хорошкевич А.Л. Россия времени Ивана Грозного. — М., 1982; Кобрин В.Б. Иван Грозный. — М., 1989; Полосин И.И. Социально-политическая история России XVI — начала XVII вв. — М., 1963; Флоря Б. Иван Грозный. — М., 1999; Шмидт С.О. Становление российского самодержавства. Исследование социально-политической истории времени Ивана Грозного. — М., 1973; Шмидт С.О. У истоков российского абсолютизма. — М., 1997.

Территория
Российское государство
Народ
русские
Персоналии
Иван IV Васильевич Грозный, русский царь
Язык оригинала
древнерусский
Язык перевода
русский
Источники
Составитель – Пелевин Ю.А.; текст — Послания Ивана Грозного / Подг. текста Д.С. Лихачева и Я.С. Лурье. Под ред. В.П. Адриановой-Перетц. — М.; Л.: АН СССР, 1951. С. 356, 362, 365—366.
Тело статьи/биографии :


































Послание царя и великого князя Иоанна Васильевича всея Руси в Кириллов монастырь, игумену Козьме[1] с братиею во Христе

Разве же вы не видите, что послабление в иноческой жизни достойно плача и скорби? Вы же ради Шереметева[2] и Хабарова[3] преступили заветы чудотворца и совершили такое послабление. А если мы по Божьему изволению решим у вас постричься, тогда к вам весь царский двор перейдет, а монастыря уже и не будет! Зачем тогда и монашество, зачем говорить: «Отрекаюсь от мира и всего, что в нем есть», если мир весь в очах? Как тогда терпеть скорби и великие напасти со всей братией в этом святом месте и быть в повиновении у игумена и в любви и послушании у всей братии, как говорится в иноческом обете? А Шереметеву как назвать вас братиею? Да у него и десятый холоп, который с ним в келье живет, ест лучше братии, которая обедает в трапезной. Великие светильники православия Сергий, Кирилл, Варлаам, Дмитрий и Пафнутий[4] и многие преподобные Русской земли установили крепкие уставы иноческой жизни, необходимые для спасения души. А бояре, придя к вам, ввели свои распутные уставы: выходит, что не они у вас постриглись, а вы у них; не вы им учителя и законодатели, а они вам. И если вам устав Шереметева хорош — держите его, а устав Кирилла плох — оставьте его. Сегодня тот боярин один порок введет, завтра другой иное послабление введет, мало-помалу и весь крепкий монастырский уклад потеряет силу, и пойдут мирские обычаи.

Ведь во всех монастырях основатели сперва установили крепкие обычаи, а затем их уничтожили распутники. Чудотворец Кирилл[5] был когда-то и в Симонове монастыре[6], а после него был там Сергей. Какие там были правила при чудотворце, узнаете, если прочтете его житие; но Сергей ввел уже некоторые послабления, а другие после него — еще больше; мало-помалу и дошло до того, что сейчас, как вы сами видите, в Симонове монастыре все, кроме тайных рабов Господних, только по одеянию иноки, а делается у них все как у мирских, так же как в Чудовом монастыре[7], стоящем среди столицы перед нашими глазами, — и нам и вам это. [С. 356]

<…> А ныне у вас Шереметев сидит в келье словно царь, а Хабаров и другие чернецы к нему приходят и едят и пьют словно в миру. А Шереметев, не то со свадьбы, не то с родин, рассылает по кельям пастилу, коврижки и иные пряные искусные яства, а за монастырем у него двор, а в нем на год всяких запасов. Вы же ему ни слова не скажете против такого великого и пагубного нарушения монастырских порядков. Больше и говорить не буду: поверю вашим душам! А то ведь некоторые говорят, будто и вино горячее потихоньку приносили Шереметеву в келью, — так ведь в монастырях зазорно и фряжские [итальянские — прим. ред.] вина пить, а не только что горячие. Это ли путь спасения, это ли монашеская жизнь? Неужели вам нечем было кормить Шереметева, что ему пришлось завести особые годовые запасы? Милые мои! До сих пор Кириллов монастырь прокармливал целые области в голодные времена, а теперь, в самое урожайное время, если бы вас Шереметев не прокормил, вы бы все с голоду перемерли. Хорошо ли, чтобы в Кирилловом монастыре завелись такие порядки, которые заводил митрополит Иоасаф, пировавший в Троицком монастыре с клирошанами, или Мисаил Сукин, оживший в Никитском и других монастырях, как вельможа, или Иона Мотякин и другие люди, не желающие соблюдать монастырские порядки? А Иона Шереметев хочет жить, не подчиняясь правилам, так же как отец его жил. Про отца его хоть можно было сказать, что он неволей, с горя, в монахи постригся. Да и о таких Лествичник писал: «Видел я насильственно постриженных, которые стали праведнее вольных». Так те ведь невольные! А ведь Иону Шереметева никто взашей не толкал: чего же он бесчинствует? [С. 362]

<…>И пусть никто не говорит мне этих постыдных слов: если вам с боярами не знаться, монастырь без даяний оскудеет. Сергей, Кирилл, Варлаам, Димитрий и другие многие святые не гонялись за боярами, но бояре за ними гонялись, и обители их росли: монастыри поддерживаются благочестием и не оскудевают. Иссякло в Троице-Сергиевом монастыре благочестие — и монастырь оскудел: никто у них не постригается, и никто им ничего не дает. А в Сторожевском монастыре до чего допились[8]? Некому и затворить монастырь, на трапезе трава растет. А мы видели, как у них было больше восьмидесяти человек братии и по одиннадцать человек на клиросе: монастыри разрастаются благодаря благочестивой жизни, [С. 365] а не из-за послаблений [С. 366].





[1] Козьма — игумен Кирилло-Белозерского монастыря с сентября 1572 г. (Строев П.М. Списки иерархов и настоятелей монастырей. — СПб., 1877. С. 55.). При нем «молва и смущение» в обители приобрели обостренный характер.

[2] Шереметев, Иван Васильевич (Иван Васильевич Большой) — боярин, воевода. Сын Василия Андреевича Шереметева, известного под именем старца Вассиана. Член Избранной рады, влиятельный член Земской боярской думы. Участвовал в походах на Казань 1547—1552 гг. и в Ливонской войне. Пострижен в монахи в 1570 г. под именем Ионы. Умер в 1577 г.

[3] Хабаров, Иван Иванович — боярин, воевода. В 1547 г. был произведен в дворецкие. Дата пострижения в Кирилло-Белозерский монастырь не известна. И.В. Шереметева и И.И. Хабарова царь сравнивает в своем послании с иудейскими первосвященниками Анной и Кайафой — главными виновниками распятия Христа.

[4] Сергий, Кирилл, Варлаам, Дмитрий и Пафнутий — имеются в виду основатели крупнейших русских монастырей Сергий Радонежский (XIV в.), Кирилл Белозерский (см. след. прим.), Варлаам Хутынский (XII в.), Дмитрий Прилуцкий (XIV в.) и Пафнутий Боровский (XV в.).

[5] Чудотворец Кирилл — Кирилл Белозерский, основатель Кирилло-Белозерского монастыря, жил в XIV — начале XV в. В молодости был казначеем у своего родственника, московского окольничего Вельяминова. Впоследствии стал иноком Симонова монастыря под Москвой. Его религиозность была известна Сергию Радонежскому, который вел с ним душеспасительные беседы. В 1388 г. Кирилл стал архимандритом Симоновой обители. Не найдя духовного удовлетворения в сане, он искал уединенного места. В 1397 г. на берегу Сиверского озера им был основан монастырь Пречистой Богородицы, известный как Кирилло-Белозерский.

[6] Симонов Успенский монастырь был основан в 1370 г. вниз по течению реки Москвы учеником и племянником преподобного Сергия Радонежского преподобным Федором, уроженцем города Радонежа. Обитель была основана на землях, которые пожертвовал боярин Степан Ховрин, чье монашеское имя — Симон; отсюда и происходит название монастыря.

[7] Монастырь Чуда Архистратига Михаила в Хонех, основан в Московском Кремле около 1358—1365 гг. митрополитом Алексеем. До 1561 г. его настоятель считался первым среди игуменов русских обителей.

[8] Имеется в виду Саввин Сторожевский монастырь вблизи Звенигорода. Царское описание «непробуднопьяного монастыря», которого даже и «затворить некому», во многом характерно для русского монашества XVI столетия. На Стоглавом соборе царь вопрошал архиереев о господствовавшем в русской церкви пьянстве: «Во всех монастырях игуменов и чернецов и попов пьяное питье, и мирских попов упивание безмерное. Как мирян спасти и наказать за всякое зло, если сами во всяком бесчинии? Что заповедь чернецу в обещании, а попу в поставлении и хиротонии? Бога ради о сем довольно рассудите, чтобы в пьянстве пастыри не погибли, и мы за них зря также» (Глава 5, вопрос 17. См.: Стоглав. С. 272.). Собор на вопрошание Ивана Грозного подтвердил повсеместное пьянство отцов духовных, но вместе с тем указал, что им не возбраняется пить ви?на «если испивать их во славу Божию, а не в пьянство, ибо нигде не написано, чтобы не пить вина, но только написано, чтобы не пить вина в пьянство» (гл. 49. См.: Стоглав. С. 321.). После Стоглавого собора русское монашество, разумеется, не освободилось от своих недостатков. По словам Максима Грека, иноки были заняты только житейскими делами и своими имениями, морили своих крестьян всякими работами и «истязанием тягчайших ростов». Игумены достигали своего сана дарами злата и серебра, а затем проводили жизнь в пьянстве и всяком бесчинии, оставляя порученную им братию в совершенном пренебрежении телесном и духовном. Феодорит, просветитель лопарей, переведший на их язык Евангелие, был с бесчестием изгнан своими учениками-иноками из основанной им Кольской Троицкой обители, как уверял А. Курбский, единственно за то, что старался утвердить между ними строгий общежительный устав, которому они не хотели подчиниться.

Вид вспомогательного материала
  • Иллюстрация
Вид исторического источника
  • Литературный памятник
  • Публицистика

биография:

документы:

изображения:

статьи: